Созависимость и работа с семьёй
человека с зависимостью в Ростове-на-Дону

Драматический треугольник описал Стивен Карпман в 1968 году: три роли, которые люди по очереди занимают в напряжённых отношениях. Рядом с зависимостью схема разворачивается почти всегда. Роли говорят не о личности, а о положении, в которое ставит ситуация.

• Спасатель решает за другого его задачи: договаривается с работодателем, платит долги.
• Преследователь, он же контролёр и обвинитель, проверяет карманы и требует отчёта.
• Жертва живёт в бессилии: сделано всё, ничего не помогло.

Роли меняются местами внутри одного вечера: спасатель, которому не сказали спасибо, становится обвинителем, а к утру снова спасает. На практике чаще оказывается, что переходов человек не замечает и видит только результат.

Чек-лист признаков, спасательство и эмоциональное слияние разобраны на странице созависимость - признаки и как выйти.

Энейблинг, по-русски потворствование, это действия близких, которые снимают с человека последствия его употребления. Мотив добрый: уберечь, не допустить увольнения, сохранить лицо семьи. Результат другой: последствие, которое могло бы стать поводом задуматься о лечении, до человека не доходит.

Читать таблицу нужно по последней колонке: близкий тратит силы и деньги, а человек получает день без последствий. Так сокрытие и продлевает употребление: облегчение приходит сразу, цена выясняется позже.

Ограничение, о котором редко пишут: отказ от потворствования сам по себе не заставляет лечиться, он лишь возвращает последствия на место. Решение об обращении к врачу остаётся за человеком.

Контролирующее поведение это попытка управлять чужим употреблением снаружи: искать спрятанное, ограничивать деньги, звонить каждый час. Оно вырастает из страха и иногда откладывает эпизод на вечер. В длинной перспективе меняется только форма: употребление уходит из дома и становится незаметнее.

Тезис: если контролировать плотнее, человек не сможет употреблять. Контртезис: влечение к веществу возвращается независимо от того, сколько денег выдано на день. Ограничение: полный контроль недостижим, а каждая неудача усиливает чувство собственного провала. Вывод: силы уходят на то, что вне зоны влияния семьи.

Самый частый вопрос родственника на приёме: что мне сделать, чтобы он бросил. Ответ, что чужим употреблением управлять невозможно, сначала слышится как отказ. Разворот происходит, когда речь заходит про собственный сон, работу и деньги.

Психологические границы это правила, которые человек устанавливает для себя, а не для другого. Граница описывает, что сделаю я, если произойдёт определённое событие. Ультиматум описывает, что обязан сделать другой, и снова передаёт ему власть над ситуацией.

• Ультиматум: «Ещё раз придёшь в таком виде, и я подам на развод». Исполнение зависит от другого.
• Граница: «Я не разговариваю, когда ты в опьянении, вернёмся утром». Исполнение зависит от меня.
• Граница о деньгах: «Я не оплачиваю долги, я оплачиваю продукты». Это правило можно соблюсти.

Умение говорить о своих правилах спокойно называют ассертивностью; это навык, а не черта. Главное - не объявлять условий, которые не готовы выдержать: невыполненное обесценивает все следующие. Как не спасать от последствий, не угрожать пустыми угрозами и что делать с детьми в семье с зависимым, разобрано в материале как жить с зависимым в семье.

Сообщества для близких работают по схеме групп взаимопомощи, но собираются отдельно. Ал-Анон объединяет родственников людей с алкогольной зависимостью, Нар-Анон - родственников тех, кто употребляет другие вещества. Участие бесплатное.

Программа 12 шагов для созависимых переносит логику шагов на положение близкого: признание того, что чужое употребление ему неподвластно, разбор своих реакций, восстановление связей вне семьи. Медицинской помощью группа не является: состояние там не оценивают и лечение не назначают.

Как идут встречи, почему ходят 1-2 раза в неделю, как соблюдается анонимность и что такое онлайн-собрания, разобрано в материале группы Ал-Анон и Нар-Анон.

Наркологическая помощь оказывается добровольно, по информированному согласию. Ни оплата, ни договор, ни просьба родственников не дают клинике права привезти человека на лечение против воли, и обещать обратное было бы обманом. Поэтому вопрос «а если он не соглашается» упирается не в способ обойти согласие, а в то, что доступно семье сейчас.

Доступно немало: собственный сон и режим, финансовые правила, возвращение к работе и к людям вне семьи, границы, безопасность детей. Когда последствия перестают гаситься семьёй, ситуация становится заметнее, и обращаются за помощью чаще. Это вероятность, а не рычаг.

Форматы разные: индивидуальные консультации, парная работа, помощь подростку с соблюдением конфиденциальности подростка. Варианты приёма собраны в разделе семейная и детская психология.

Пока идёт адаптация, первый этап, от близких требуется больше терпения, чем действий. На интеграции, втором этапе, начинаются встречи с бригадой, а на стабилизации, третьем этапе, обсуждают домашнюю жизнь после возвращения. Как устроена реабилитация зависимых целиком, описано в основном материале раздела.

Полезно знать, как выглядит связь с центром: распорядок дня, ограничение звонков, родительский день и спад к середине курса, известный как синдром шестого месяца. Подробности разобраны в материале реабилитация в центре. Типичная ошибка тут - решить, что дальше всё делают специалисты.

Возврат к употреблению не отменяет проделанной работы. Для семьи он опасен тем, что за вечер возвращает старые роли: спасательство, контроль и упрёки. Заранее оговорённый план помогает не решать всё в панике.

Полезно понимать, как устроено влечение: острая тяга длится минуты, хроническая тяга возвращается фоном месяцами, а синдром сухого пьянства выглядит как раздражительность при трезвости. Разбор состояний и план вынесены в материал профилактика рецидива. У близких есть и своя версия срыва: возврат к прежним ролям.

Работа с семьёй это плановая помощь, и она не заменяет неотложную медицинскую. Если состоянию близкого угрожает опасность, скорую помощь по номеру 103 вызывают немедленно. Согласия человека на вызов скорой ждать не нужно.

Поводы для немедленного вызова

• Судорожный припадок, в том числе однократный.
• Спутанность сознания, дезориентация, галлюцинации.
• Угнетение дыхания: редкое, поверхностное или шумное.
• Рвота с кровью или чёрный стул.
• Температура выше 39 градусов с бредом.
• Потеря сознания, из которого человека не удаётся вывести.

До приезда бригады человека не оставляют одного, укладывают на бок и не дают ни алкоголь, ни лекарства.